October 3rd, 2015

Любил он родину и землю, как любит пьяница кабак

Оригинал взят у nmkravchenko в Любил он родину и землю, как любит пьяница кабак
Оригинал взят у nmkravchenko в Любил он родину и землю, как любит пьяница кабак



-

Сегодня - 120 лет Сергею Есенину

-

3 октября 1895 года родился Сергей Есенин.
_
_

Можно с уверенностью сказать, что в мире немного найдётся поэтов, которые, подобно Есенину, так приняты душой народа, более того, сами стали душой нации. Огромный талант искренности, я бы сказала, гипертрофия души - вот что привлекало в Есенине читателя. Он был поэтом не для поэтов и критиков, как, скажем, Хлебников, но — для читателей, для всех людей. Его поэзия поистине народна. О его жизни ходят легенды. О его гибели до сих пор спорят историки. Горький писал о Есенине: "Это был не столько человек, сколько орган, созданный природой исключительно для поэзии, для выражения "неисчерпаемой печали полей", любви ко всему живому в мире".
--_

_
Он не делал стихи, как Маяковский, они лились из него неудержимым потоком, выплёскивались через край. Главное, что делало его всеми любимымэто сердечность. Подлинность. Не надуманное версификаторство, не головная книжная мудрость. Правдивая горячая душа дышала и звучала в нём, хватала за сердце, за его русские струны.
_

Гой ты, Русь, моя родная,
Хатыв ризах образа...
Не видать конца и края,
Только синь сосет глаза.
_

Побегу по мятой стежке
На приволь зеленых лех,
Мне навстречу, как сережки,
Прозвенит девичий смех.
_

Если крикнет рать святая:
Кинь ты Русь, живи в раю
Я скажу: «Не надо рая,
Дайте родину мою».
_

_

О Есенине написаны горы воспоминаний. Во многих из них он предстаёт хулиганом, пьяницей, скандалистом. Многое в этих мемуарахжитейская правда. Но никакие самые правдивые факты жизни поэта не в силах развенчать в наших глазах светоносную есенинскую легенду. Ни его хулиганству, ни дебошам не поверили. Поверили голубым глазам, льняным кудрям, горячему сердцу. Светлый отрок, инок, златокудрый Лель, Садко - таким он вошёл в русскую поэзию, в национальную историю.
_

_
Слишком я любил на этом свете
Все, что душу облекает в плоть.
Мир осинам, что, раскинув ветви,
Загляделись в розовую водь.
_

Много дум я в тишине продумал,
много песен про себя сложил,
и на этой на земле угрюмой
счастлив тем, что я дышал и жил.
_

_

В Есенине жила красивая гипотеза России. Россия кричала в нём, кричала им и через него. Мы не знаем более национального поэта в России. Он немыслим ни в какой другой стране.
_
Край ты мой заброшенный,
край ты мой, пустырь.
Сенокос некошенный,
лес да монастырь.
_





***
Чёрная, потом пропахшая выть!
Как мне тебя не ласкать, не любить?
Выйду на озеро в синюю гать,
к сердцу вечерняя льнёт благодать.
Оловом светится лужная голь.
Грустная песня, ты - русская боль.

***
Нездоровое, хилое, низкое,
водянистая, серая гладь.
Это всё мне родное и близкое,
от чего так легко зарыдать.
_

Покосившаяся избёнка,
плач овцы, и вдали на ветру
машет тощим хвостом лошадёнка,
заглядевшись в неласковый пруд.
_
Это всё, что зовём мы родиной,
это всё, от чего на ней
пьют и плачут в одно с непогодиной,
дожидаясь улыбчивых дней.
_


_
Нет патоки в его стихах о России. Это реалистические картины, напоминающие полотна Серова, Левитана, Саврасова.

***
А месяц будет плыть и плыть,
роняя вёсла по озёрам,
и Русь всё так же будет жить,
плясать и плакать под забором.
_

_

Связь Есенина с родиной настолько прочна, органична, что порой не знаешь, где родина, где сам поэт: он растворяется в запахах пашни и луга, он весь растворён в природе — в живой, многоголосой прелести земли.

***

О Русь, малиновое поле
И синь, упавшая в реку,
Люблю до радости и боли
Твою озерную тоску.
_

Холодной скорби не измерить,
ты на туманном берегу.
Но не любить тебя, не верить -
я научиться не могу.
_

_
Для Есенина родина — это не государство и даже не географическое понятие — это своя деревня да те поля и леса, в которых она затерялась. Я бы даже не назвала это патриотизмом, потому что патриотизм — это мировоззрение. У него это просто любовь. Не размышление, а эмоция, чувство.

***
Но люблю тебя, родина кроткая!
А за что - разгадать не могу.
Весела твоя радость короткая
с громкой песней весной на лугу.
_


--
...Край любимый! Сердцу снятся
скирды солнца в водах лонных.
Я хотел бы затеряться
в зеленях твоих стозвонных.
_

_

...Погаснет ласковое пламя
и сердце превратится в прах.
Друзья поставят серый камень
с весёлой надписью в стихах.
_
Но, погребальной грусти внемля,
я для себя сложил бы так:
любил он родину и землю,
как любит пьяница кабак.
_


_
В чём же секрет этого немеркнущего с годами обаяния Сергея Есенина? Без сомнения, он очень талантливый поэт. Но так же несомненно, что дарование его не назовёшь первоклассным. «На одной струне балалайка» - пренебрежительно отзывался о нём Брюсов. «Он оркестр Блока перекладывает на одну струну», - вторила ему Ахматова. Однако при всей односторонности — кто ещё пел так глубоко — и для всех? Так проникновенно — и по-своему?
И как-то само собой так случилось, что по отношению к Есенину любая формальная оценка кажется ненужным и зряшным делом. Это как весенний воздух — химический состав этого воздуха можно исследовать и определить, но... насколько естественней просто вдохнуть его полной грудью.
_

_
И совершенно так же не хочется подходить к биографии и личности Есенина с обычными мерками: нравственно — безнравственно, допустимо — недопустимо, белое — красное...
Не любить Есенина для русского читателя — противоестественно, немыслимо, это признак какой-то нравственной слепоты, душевной недостаточности. На любви к Есенину сходятся люди самых разных взглядов, вкусов, возрастов, профессий. Два полюса искажённого и раздробленного революцией русского сознания сходятся на Есенине, то есть сходятся на русской поэзии. Из могилы этот поэт делает то, чего не удавалось за десятки лет никому из живых, никакой национальной идее: он объединяет людей поэтическим словом, звуком русской песни. Потому-то стихи Есенина и трогают так наше сердце, став душой нации, душой народа.



Трагическая страница в истории России

Оригинал взят у muza26 в Трагическая страница в истории России
События 93-го года - очень противоречивая и трагическая страница в истории России. И противники Явлинского любят припоминать его выступление по телевидению в те дни. Цитаты Григория Алексеевича, которые я приведу ниже, на мой взгляд, прекрасно объясняют происшедшее.

"92-ой год – инфляция 2600%, сейчас инфляция 10-12% - все стонут, что цены растут, а в 2600%? Что случилось в 93-ем? Понятно, когда такое устроили – появилась история с Белым Домом. Что нужно было делать? Нужно было вести диалог, убеждать людей, уговаривать, объяснять. Что стали кричать тогдашние нах-наховцы? Нах-наховцы стали кричать: «Это антиреформаторские силы". Кончилось тем, что приехали танки и давай пулять. Это была очень трагическая вещь, это реально было начало гражданской войны.

Когда я понял, что начинается гражданская война, просто гражданская война по полной программе, потому что те выскочили из Белого Дома с автоматами, побежали штурмовать Останкино, штурмовали офис, где я сидел, чуть не убили Иваненко, чуть не убили моих товарищей. Реально все было, Макашов всем этим командовал. Там такие здоровенные грузовики пробивали двери, там целое дело было. Кроме того, я был у Руцкого за сутки до начала всего этого. Я лично пошёл к нему туда, в Белый Дом, через баррикады, через окружение. И я ему говорю: «Послушайте, выходите отсюда, а? Давайте проведем выборы. Вы выиграете любые выборы, только не устраивайте здесь гражданскую войну». И Руцкой мне честно сказал, и это потом сыграло огромную роль в том, как я себя вел. Он сказал: «Григорий Алексеевич, я тут уже ничем не управляю. Тут огромное количество людей, которые в Белом Доме, огромное количество людей с оружием, и они уже определяют, что происходит, я ничего не определяю».

И поэтому, когда началась война, просто война, стрельба, то я совершил поступок, которой иногда политикам приходится применять, но за который всегда всю жизнь потом переживаешь. Я сказал, что Ельцин должен все это подавить, потому что иначе это будет просто пожар, который охватит всю страну, потому что будет гражданская война. Ну, вот такой грех, это серьезный грех. Я не поддерживал это все, но когда все началось, я должен был занимать ту позицию, которая позволяла бы сохранять жизнь людей. Поскольку уже стреляли, надо было занимать сторону, невозможно было сидеть между этим всем. Ну, вот я принял определенное решение.

Но это было не все. Там произошел такой момент, в интернете висит мое выступление на эту тему, у которого умышленно отрезан конец, и середина вырезана. В этом выступлении я сказал: «Я обещаю вам, мы создадим комиссии, которые расследуют, кто довел до братоубийства, почему довели до братоубийства». И я сказал тогда, что так же, как в Уголовном Кодексе есть статья за доведение до самоубийства, то такая же должна быть политическая статья за доведение ситуации до братоубийства, и я обещаю вам, мы создадим комиссии, мы это расследуем, мы обязательно это сделаем, мы разберемся, кто несет ответственность. И я считал, и считаю, что ответственность за это несёт Борис Николаевич Ельцин, а главный, кто его подзуживал – это был Егор Тимурович Гайдар. Он главный, который его все время подпихивал, что это антиреформаторские силы, их надо просто уничтожить и все, любым способом, они тормозят реформы великие.

Должен, кстати, сказать, что очень много людей погибло, никто не хочет говорить, сколько, когда-нибудь это станет известно. Особенно много погибло детей, объясню почему. Потому что где-то в 8 вечера Егор Тимурович умудрился выйти на телевидение и призвать безоружных людей выходить в город для того, чтобы вся толпа защищала Моссовет и все. И дальше случилось страшное дело: дети 12-15-16 лет побежали на улицу. Это был путч 93-го года, это первые числа октября, 3-4 октября. И, знаете, сколько из дома побежало сразу на улицы? Там надо было говорить: «Сидите все дома». И все, и там попадали эти дети под обстрел ..."

756358_900

Главное - не перепутать методички

/ Блог Бориса Вишневского на сайте "Эхо Москвы" /

Найдено на просторах Интернета. «МИД: на Украине мы поддерживаем повстанцев в борьбе с преступной властью, а в Сирии поддерживаем власть в борьбе с преступными повстанцами. Главное — не перепутать методички».

Было бы смешно — если бы не было грустно.

Внезапно вспыхнувшее желание российской власти бороться с террористами из запрещенного у нас ИГИЛа можно было бы только приветствовать. Но сложно в него поверить. Потому что сразу возникает вопрос: почему с таким же антитеррористическим пылом мы не бомбим «ХАМАС» или «Хизбаллу»?

Чем эти террористы принципиально отличаются от террористов из ИГИЛа, кроме места дислокации? Однако, мы не то, что не бомбим их — Кремль вообще не признает их террористами и не запрещает их деятельность в России. Более того, лидеры «ХАМАСа» — нередкие гости в Москве…

Нельзя не спросить: почему?

Только что в Израиле террористы расстреляли раввина Эйтама Хенкина и его жену Нааму на глазах у их четверых детей. Представитель «ХАМАСа» назвал это «героическим актом сопротивления». А Сергей Лавров, вместо того, чтобы осудить убийство, заявил, что «застой в мирном процессе подталкивает жителей Палестинской автономии к экстремизму».

«Замечательная» логика. Одних террористов бомбим, других — объявляем жертвами обстоятельств. Одних террористов надо уничтожать — других можно радушно принимать в Москве. Как насчет «двойных стандартов», в которых Кремль привычно обвиняет Запад?

Спору нет: у Запада этих «двойных стандартов» — вагон с тележкой. Но разве у Кремля их меньше?

Да, нет в сирийском конфликте белых и пушистых. Да, у каждого из «внешних игроков» — и на Западе, и на Востоке, — свои интересы. И свои критерии: кого считать отвратительными террористами, а кого — героическими повстанцами.

Но критерий, который объявлен Кремлем, предельно прост: террористы — те, кто против Асада. Сочувствие к которому в российском медиа-пространстве сегодня демонстрируют не только малолетние чемпионки по поднятию штанги и штатные кремлевские пропагандисты, но и некоторые либеральные журналисты. Впрочем, это сочувствие и людоедские призывы известного «интернет-деятеля» вообще «стереть Сирию с лица земли» — две стороны одной медали…

Те, кто воспринимает мир только через призму российских федеральных каналов, может поверить, что террористы — те, кто против Асада. Те, кто знает, что Асаду противостоят в том числе и силы умеренной, светской оппозиции, неизбежно делают вывод: целью российских властей является вовсе не борьба с терроризмом, а защита сирийского диктатора под предлогом борьбы с терроризмом.

И если это так — если целью российской власти является не борьба с терроризмом и «наказание беспредельщиков» (о чем пишут скрывающие свои лица «крымские блогеры», заходящиеся в словесном экстазе от восхищения Путиным и «мощнейшей военной операцией в Сирии»), а сохранение у власти Асада, то не может не возникнуть вопрос: зачем?

Зачем это Кремлю, с советских времен поддерживающему международных мерзавцев и диктаторов, еще понять можно. А зачем это российским гражданам?

«Мы — великая нефтяная держава, мы должны иметь влияние в регионе, где добывается нефть!», — уверяют прокремлевские комментаторы. Советский Союз имел это влияние — куда большее, чем сегодня Россия. Спасло его это от падения цен на нефть в 80-е годы? Ничуть. Кстати, Сирия с тех пор осталась нам должна 13 миллиардов долларов, из которых ей любезно простили 10 миллиардов…

Представим себе почти невероятное: при российской поддержке и путем новых многомиллиардных затрат и людских потерь (воздушная операция не означает отсутствие жертв) Башар Асад сохранен у власти — хотя бы на части Сирии.

И что потом?

А потом России придется или содержать его режим и непрерывно подпитывать его деньгами и оружием — или эвакуировать Асада с чадами и домочадцами в ближнее Подмосковье, как это уже происходило с разными деятелями разных режимов в советские времена. Или сперва содержать, а потом все равно эвакуировать.

Не слишком ли дорогая цена за отвлечение внимания от Украины и поддержание рейтинга президента?

Источник: http://echo.msk.ru/blog/boris_vis/1633892-echo/